23:38 

Throat Full of Glass

Levi the Infernal
Снизойду с ледяных небес
Название: Throat Full of Glass
Автор: Levi the Infernal
Бета: нет
Размер: миди (27 страниц)
Пейринг/Персонажи:Данте (4)/Кэт
Категория: гет
Жанр: Драма, AU, Songfic, Мифические существа
Рейтинг: R
Краткое содержание: Данте встретил Кэт не в юности (DmC 5), когда только-только стал промышлять охотой на демонов, а уже повзрослев и остепенившись. Собственно, именно Данте из DMC 4 встретил медиума. Сама же Кэт давно знала, что эта встреча должна произойти. К тому же, Охотник, после удачного спасения мира от Его Святейшества, оживившего статую Мундуса, вздумал найти хоть что-нибудь о давно пропавшем брате, чью катану в качестве сувенира забрал Неро.
Предупреждения: Смерть персонажа, OOC
Примечания: Надеюсь, ярые фанаты Перезапуска не убьют меня за сию идею.

IV. Великая Гармония

Данте и Неро сидели на первом этаже конторы, разбирая притащенные юным Рыцарем Ордена записи почившего ученого, который работал при Его Святейшестве – Санктусе. В основном разбирал бумаги Неро, отвечая на короткие вопросы Данте. Вопросы были в духе команд: «Дата, пациент».
- …и еще, кроме Ямато, тут упоминается имя какого-то…эм… Мудак? – Неро немного нахмурился, пытаясь вчитаться в мелкий, размашистый почерк Агнуса.
Данте хмыкнул и, выхватив бумаги из рук Неро, заскользил взглядом по строкам, встав с дивана и усевшись на стул, закинув ноги на стол, откидываясь на спинку.
- Сам ты Мудак. Здесь написано Мундус, пацан. Если ты не знаешь, это Король Демонов такой. Он там, Внизу, что-то вроде большой шишки. И когда мы с братцем немного повздорили, Вергилий решил, что он сможет одолеть Принца Тьмы. Ну, и сиганул Вниз, в самый низ. Так-то, пацан.
Неро задумчиво смотрел на синие переливы Адской Длани. Сжал руку в кулак, царапнув когтями шершавую ладонь.
- Стало быть…рука эта… Вергилия? Если Ямато принадлежала ему, то и рука…
- Принадлежит, - поправил Данте, выдав неизвестный доселе Неро педантичный тон, - Все еще принадлежит, пацан. Вергилий не умер, как могло бы тебе и многим другим, знавшим его, показаться. Более того, я уверен, что все конечности при нем, - при последних словах взгляд Данте пал на нечеловеческую руку Неро. – Видишь ли, в чем дело. Я знаю, что он жив. У нас есть связь. А наш связист, угадай кто?
- Кэт? – тихо предположил Неро, исходя из знания, что девушка – медиум.
Охотник хлопнул себя по лбу, показывая всю степень разочарования в мире и, в частности, Рыцаре Ордена.
- Ты, пацан. Ты. Тихо, Кэт подходит к двери. Бумаги я оставлю у себя. – Данте сгреб всю «макулатуру» в ящик стола, за которым сидел. И, нацепив выражение крайней раздраженности, вдруг начал кричать на Неро, - Да что же ты за человек-то за такой?! Я тебе говорю – либо мне семьдесят процентов, либо иди нахрен со своими проблемами!
Девушка, только вошедшая в помещение, удивленно уставилась на Данте. Мужчина никогда не проявлял таких негативных эмоций, никогда не кричал при ней, и уж тем более даже не злился. Может, не хотел показать себя с плохой стороны перед ней? Нет, даже смешно так думать. Данте все равно, кто и что о нем думает. Это же Данте.
Охотнику повезло, что Неро догадался подыграть ему, иначе полетела бы к чертям вся конспирация. Юноша вскочил с дивана и, бухнув ладонями по столешнице, заставив ту затрещать, зло уставился на Охотника.
- Да ты уже в маразме, старик! Ты уже согласился на пятьдесят процентов! Хрена тебе лысого, а не семьдесят! Ну и пошел ты подальше со своими расценками! Тоже мне, шлюха дорогая! – юный Рыцарь круто развернулся и спешно покинул агентство, случайно задев плечом Кэт, отчего девушка ойкнула.
Кэт впервые видела Неро и Данте злыми, более того, впервые видела, чтобы они ссорились. Обычно у них бывали безобидные словесные перепалки, но, возможно, это уже переросло в нечто, более серьезное. В конце концов, как долго они друг друга терпели, до появления Кэт в их жизнях? Медиум, конечно, отслеживала свою несостоявшуюся судьбу, но за чужими следить не хотела. Да и, признаться, не могла.
- В чем дело? – спросила девушка, садясь на диван, где до того сидел Неро.
Только, в отличие от юноши, она не плюхалась с разбегу на пресловутый предмет мебели, а аккуратно села с краю. Пружины чуть просели под легким весом медиума. Кэт сняла капюшон, поправила чуть взлохмаченные волосы, уже немного отросшие. Теперь передние, самые длинные пряди достигали уровня груди. Зеленые глаза, без привычной черной подводки, выглядели сейчас несколько уставшими, но без темных кругов. Данте каждый день заставлял девушку ложиться спать в одиннадцать. И намеренно не будил, вел себя всегда тихо, чтобы Кэт могла высыпаться. И это дало эффект.
«По крайней мере, не нужно прятать теперь усталость и недосыпы под килограммами косметики» - думала девушка, стоя каждое утро перед зеркалом.
- Не в духе сегодня? – тихо спросила Кэт, глядя не в глаза Данте, а чуть ниже – где-то на уровне носа.
Охотник тихо вздохнул и прикрыл глаза, честно стараясь выглядеть уставшим и недовольным жизнью. Впрочем, у него неплохо получалось. Кэт искренне полагала, что мужчину сейчас лучше не дергать. Хотя, ведь у Данте в планах не стоял пункт «запугать малявку». С другой стороны, ему нужно было сохранить от нее кое-то в секрете...так что, придется пару дней походить немного злым, а перед сном угрюмо ворчать по поводу несносных мальчишек, которые ничего в этой жизни не понимают.
- Достал он меня, - пробормотал Данте, потирая щетину с сухим, трескающим звуком. Надо бы побриться. – Вечно, как не придет, начинает права качать. Что-то слишком многое он о себе возомнил… А ты чего? Как день провела? Чего хмурая такая?
Кэт повела плечами, как если бы ей было холодно. Целыми днями она только и делала, что без дела бродила по городу, выискивая следы демонов. Но в Лимбо ошивалась только мелочь, которая не представляла опасности. Никаких следов, никаких подозрительных шевелений. Все было тихо ровно настолько, чтобы не вызывать подозрения этой самой тишиной. И медиум сейчас терялась в загадках – ожидать ли бури после этого затишья, или нет.
- Мои амулеты молчат, - задумчиво протянула Кэт, уставившись немигающим взглядом в столешницу, - Заклинания срабатывают на низших демонов. Не замечено никакой посторонней активности…
Данте склонил голову. Последнее, о чем он сейчас думал – это слова Кэт, да и демоны его мало волновали. В конце концов, без помощи девушки он как-то справлялся все эти годы. Приходилось, конечно, иногда тяжко, но все-таки, он сейчас жив. А опыт – он весь бесценен. Впрочем, если он раньше узнает о том, что нужно сгруппироваться для отражения атаки, тем же лучше. Но фанатичным последователем изречения «предупрежден – значит, вооружен» Данте не был. Импровизация – вот его конек.
«А что мне еще оставалось» - усмехнулся про себя Охотник, поднимаясь со стула, из-за стола, и подходя к девушке.
Мужчина протянул ей руку, призывая встать. Кэт ненадолго замялась, но ухватилась за немного грубую руку, чувствуя шершавую от мозолей кожу. Орудовать Мятежником – именно для таких рук.
- Идем наверх, - проговорил Данте, притягивая девушку к себе ближе. – Я не знаю, что за черт творится с нами, серьезно, малышка. Но почему нет?
Кэт ничего не смогла ответить. Только слабо кивнула в ответ и пошла за Данте наверх, по пути снимая с себя толстовку. Как оказалось, мужчина завел ее не в спальню, а в ванную комнату, где стены были разрисованы на морскую тему, изображая подводный мир – водоросли, ракушки, песок, любопытных морских коньков. В углу ютилась средних размеров душевая кабинка с непрозрачными створками.
-Если ты не против, - предупредил Данте, не спеша раздеваться и внимательно следя за выражением лица девушки, пытаясь узнать ответ раньше, чем она скажет.
Сначала девушка чуть покраснела, смутившись. Но затем робко приблизилась вплотную к мужчине, провела тонкими пальцами, самыми подушечками, по небритой щеке. Сверкнули магическим блеском антрацитовые татуировки на руках Кэт.
- Если бы я была против, я бы не спала каждую ночь, прижавшись к тебе, - ответила девушка, выдыхая едва уловимым ароматом корицы в сухие, обветренные губы Данте.
У нее мягкая, нежная кожа. И когда Данте скользит по ней своими грубыми ладонями – ему немного неловко. Не такие руки должны гладить ее. Не эти, хоть его. У него тогда были иные прикосновения. Более…импульсивные.
Сначала Охотник раздевается сам. Снимает с себя двубортный жилет и рубашку. Кэт со странным огоньком в глазах смотрит на рельеф мышц пресса, бицепсов. Он определенно другой, Данте. Пусть и такой, ей он нравился. Мужчина, прикрыв глаза, касается ее губ, целуя совсем невесомо, почти целомудренно,…а Кэт срывается. Она покусывает его губы, резко водит по ним языком, помогая Данте расправиться с ремнем его брюк. Такое поведение немного удивляет Охотника, но не сбивает с толку. Повидал и не такое.

Here we go,
Just lose control and let your body give in,
To the beat,
Of your heart as my hand touches your skin



Когда они оказались обнаженными в душевой кабинке, когда теплая вода струилась по их телу – они уже не думали о том, какими они были и были бы в другой реальности.
Она не могла думать ни о чем, кроме его уверенных прикосновений к ее телу. Данте умело целовал ее в губы, целовал шею, прихватывая губами кожу, вызывая каскад мурашек. Охотник заставлял Кэт дрожать, приподнимая ее за ягодицы, заставляя обхватить ногами его за пояс.
А он думал только о ее тихом шепоте, тихих полустонах. Он слышал только ее рваное дыхание, слышал, как она шептала его имя. Он чувствовал своим телом ее тело, ее горячую кожу, такую нежную, такую мягкую. Непривычную для его образа жизни. Просто непривычную…
Она крепко прижимается к нему, целует, смотрит в его глаза, не застеленные пеленой желания, такие ясные. Она чувствует его руки, на бедрах, чувствует, как мощное тело вжимает ее в стенку кабинки. Пальцы сжимают его волосы, тянут в сторону, несильно, не давая отстраниться.
- Данте!

***



Когда Данте проснулся от крика Кэт, он даже сначала не понял, что являлось источником звука. Но когда острый локоть девушки заехал в печень, Охотник сразу сообразил, что девушке снова снились кошмары.
- Кэт! Кэт! – хватило пары громких окриков, чтобы разбудить медиума.
Зеленые глаза девушки беспокойно метались, сверкая в темноте спальни Данте. Охотник на миг испугался того, что могло бы случиться с девушкой, но быстро успокоил себя. Нет ничего, чего бы он ни смог сделать для нее. Для того, чтобы защитить Кэт, он мог пожертвовать чем угодно.
- Неро, - задыхалась Кэт, все еще мечась по постели, не видя перед собой обеспокоенного лица Данте. – Вергилий!.. Он…они… Одно лицо, одна смерть!
Глаза девушки закрылись, оставляя Охотника в недоумении. Определенно – пророчество, вещий сон. И сейчас Кэт мирно сопит, а наутро вряд ли даже вспомнит об этом. Но вот что делать ему, Данте, с этим знанием?
Охотник слез с кровати и отошел к окну. В четыре, в половину пятого, утра город только-только оживает. Медленно просыпаются многоэтажки, открывая свои многочисленные глаза, горящие электрическим светом лампочек, телевизоров и иной техники. Нехотя выползают из своих жилищ ранние пташки – кто бегом заняться на старости лет, а кто на работу спешит в другой конец города, пока не начались многокилометровые пробки. Небольшой городок, но большие проблемы для обыденных жителей. Небольшой он только по меркам демонов, Охотников. Мало места для разворота махин, на которые демоны способны.
«Тот же Мундус» - рассеянно подумалось Данте, пока серые глаза бездумно скользили по улочке, отмечая, как потухают фонари, по мере того, как поднималось солнце.
Небо играло слабыми еще малиновыми красками, вселяя сильное чувство ожидания рассвета. И вроде бы думаешь, что вот уже сейчас встанет солнце, и все равно смотришь на небо, все равно следишь с упоением за небесной палитрой теплых цветов.
«Ты часто наблюдаешь за тем, как теплого оттенка всполохи разгоняют сизый утренний туман. Твои глаза не замечают сразу перемен, но несколько минут спустя ты уже жмуришься от первых лучей взошедшего солнца, еще неуверенных, но уже пригревающих, ласкающих. Иногда мне кажется, что я и есть тот туман, Данте» - вспомнились слова человека из далекого прошлого.
Кажется, что он был в прошлой жизни. Данте бросает мимолетный взгляд на все еще спящую Кэт. Ни один из них не произнесет этого имени. Но оба они прекрасно знают, зачем они здесь, именно в этом городе. Именно вместе. И почему именно Неро первым увидел ее. Чтобы дать медиуму знать – ее цель все еще жива, как и цель Данте. И их главная общая черта – они не знают, как подобраться к этой цели. К Вергилию.
Теплая ото сна рука осторожно обхватила ладонь мужчины. Охотник не шевельнулся. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что это Кэт.
- Тебе тоже кажется, что при мысли о нем тебе становится легче, спокойнее? – тихо спросила девушка. – Почему-то, каждый раз видя Неро, я чувствую то же самое.
Осознание не сразу приходит. Но когда Данте понял, он не стал показывать своего напряжения. Только хрипло выдохнул:
- У него Ямато.

V. Потерянный


- А теперь объясни мне: что ты забыл у меня в ванной в половину двенадцатого ночи? Хотел мне спинку потереть? Или у тебя горячую воду отключили? – Данте смерил хмурым взглядом светловолосого юношу, зажавшегося в углу душевой кабинки, обхватившего себя руками. – Пацан, ты чего? Эй, пацан!
Хорошая встряска за плечи немного помогает привести в себя Неро. Серые глаза сначала испуганно, а затем удивленно скользят по интерьеру, угрюмому лицу Охотника. Зрачки сильно расширены, отчего казалось, что радужка глаз черная с красивым серебристым ореолом.
Вид у парнишки был слишком встревоженный и перепуганный, что отменяло всякую вероятность, что Неро пробрался в агентство умышленно. Стало быть, не в себе был, когда оказался здесь. Но ведь хватило у него ума раздеться и залезть в кабинку, даже воду включить. Что-то тут не так. Однозначно. Хотя, насчет умышленности можно было и поспорить – сама за себя говорила вынесенная с петель дверь. И косяки. И полстены вокруг дверного проема.
«Ему лишь бы напакостить, как кошаку» - устало думал Данте, дождавшись, пока юный Рыцарь соизволит одеться и выйти в холл.
- Как…как я тут оказался? Данте? – тихо спрашивал Неро, пока они шли вниз, по скрипучей лестнице. Охотник решил не тревожить Кэт, и потому для разборок повел юношу на первый этаж.
По словам Неро, парень не помнил, как пришел в агентство, не помнил, чтобы вообще думал в ближайшее время заглядывать к Данте. Просто в какой-то момент Рыцарь ощутил, что ему холодно, тело охватил страшный озноб, а вокруг смутно проявлялись очертания ванной комнаты. Желая только согреться от лютого холода, Неро разделся и залез под горячую воду. Он даже не помнил, как забирался в кабинку, только чувствовал кипяток, струившийся по его коже, сильный мороз, идущий откуда-то изнутри, не проходящий даже под горячей водой.
- И ты совсем-совсем ничего не понимал и не помнил? – Данте внимательно смотрел на все еще мелко дрожащего юношу, обхватившего голову руками. – Это странно. Ты ничего не принимал? Не пил вечером, наркота…
- Данте!
Мужчина вздохнул и, оправив темные хлопковые штаны, в которых спал, пошлепал босиком до бара, откуда выудил уже початую бутылку старого виски и два бокала.
- Не пил накануне – не поздно выпить и сейчас. Как ни странно, голову тебе прояснит. И, возможно, наконец, согреет тебя. И не ври мне, что уже согрелся. Вижу я, как тебя аж до тряски в костях согрел горячий душ.
Умело разлив по бокалам янтарный напиток, мужчина протянул один Неро. Бутылку же отставил на свой рабочий стол. Присев на диван, рядом с парнем, Охотник посмотрел сверху вниз на юношу, ничего не говоря.
«Возможно, если бы пацан не попал к этим фанатикам Святого Ордена, он бы даже смог попасть в нормальную семью, прожить нормальную жизнь, не связанную с демонами, с Мундусом, да хотя бы с тем же Санктусом. Может, если бы не родные, то хотя бы приемные родители смогли бы подарить пацану то, что у него отняли - детство. Детство без занудных тренировок в фехтовании, безо всяких там проповедей о Спарде по воскресеньям. И, конечно же, он не был бы изгоем, ведь никакой бы чокнутый ученый не добрался бы до него, не присобачил бы ему лапу демона, из-за которой Орден до сих пор шпыняет пацана» - рассеянно думал Данте. Подумал и тут же тряхнул головой, прогоняя мысли, навеянные недосыпом и только что выпитым виски.
- Ты это… - Охотник осекся, почувствовав, как Неро завалился на него, тихо засопев. Бокал выскользнул из ослабевших пальцев парня, не разбившись и даже не перевернувшись, аккуратно бухнув дном по полу. – Дурак ты, пацан.
Данте вытащил из-под диванной подушки легкий плед. И, осторожно уложив парня головой на подушку, укрыл его и тихонько двинулся по лестнице, почти не сводя тяжелого задумчивого взгляда с Неро. На плечи парня слишком рано лег груз, который сам Данте вполне ощущал в том же возрасте, даже раньше. Только вот мужчина не желал такой же судьбы Неро. Итак уже юноша был чуждым в своем окружении, его считали изгоем, демоном, адским отродьем только из-за причуды сумасшедшего профессора.
- Спокойной ночи, пацан, - проговорил неслышно Данте, скрываясь за дверью второго этажа.
Кэт спокойно спала, тихо посапывая в подушку, крепко обнимая одеяло, думая, что это Данте. Без Охотника в последнее время девушка засыпала плохо, неохотно, словно бы тот был таким Морфеем, который своей магией заставлял ее забываться сновидениями. После последнего вещего сна о Ямато, Кэт ничто не тревожило ночью, к счастью девушки. Теперь она чувствовала себя хорошо, высыпающаяся каждый день, сытно кушавшая каждый день. Даже редкая деятельность демонов не вызывало у нее каких-либо опасений. Заклинания давно подготовлены, и сообщат о любой приближающейся опасности. Можно спать спокойно. И гулять по городу. И даже изредка готовить обеды для Данте.
Охотник осторожно опустился на постель и притянул к себе девушку. За последние недели Кэт стала для него кем-то вроде близкого человека, каким когда-то была Триш. Данте мог спокойно высказывать свои мысли медиуму, не боясь, что она опровергнет их как-то, будет насмехаться, или ужалит побольнее, как часто это делали Леди и Триш. Да и просто, Кэт нравилась ему. Мужчине нравились ее каштановые волосы, мягкие, а только-только высушенные после душа – пушистые, почти как грива. Ему нравилось долго, минутами, часами смотреть в ее большие зеленые глаза, замечать, как они весело щурятся, если девушка улыбается или смеется. Она вся такая была хрупкая, беззащитная…и в то же время в ее голове были энциклопедии по оккультизму, демонологии, викканской магии – всего того, в чем Данте не смыслил. И это ему нравилось – чувствовать, как его малышка сильна, ощущать ее уверенную силу и понимать, что ему не обязательно круглосуточно защищать ее, когда-нибудь и она сможет защитить Охотника.
А еще он чувствовал появляющуюся несвойственную ему заботу. Он хотел заботиться о ком-то, и даже знал, о ком. Нет, это была не сиротка Кирие, невинная, оставшаяся одна девочка из Ордена. И даже не Кэт, хотя, она входила в понятия «забота» несколько в ином спектре.
Мысли Охотника, наряду с образами Кэт, занимал пацан, Неро. И если внешне Данте ничем не показывал своего отношения к юноше, продолжал весело подкалывать его, по-дружески, со смешком указывать на его, пацана, ошибки, то внутренне мужчина начинал, кажется, слишком уж привязываться к бравому Рыцарю Ордена. Почти распавшегося Ордена, который держался на оставшихся выживших после выходки Санктуса. К тому же, Фортуна была почти разрушена, когда в последний раз там был Данте, и сейчас мог только догадываться, в каком состоянии находила городок-крепость.
Охотник только-только начал проваливаться в какое-то подобие сна, можно сказать, полудрему, как вдруг внизу раздался противный скрежет, как если бы кто-то водил гвоздем по бетонной стене, покрытой известью. Не став дожидаться, пока Кэт проснется от этих же звуков, Данте снова вскочил на ноги, сетуя на то, что ему не дают выспаться, и помчался вниз, где оставил Неро.
Внизу Данте обнаружил, как не странно, Неро. Парень стоял возле свободной от мебели стены и что-то царапал на стене – это и было тем самым источником скрежета, который заставил Данте спуститься вниз.
- Пацан, ты что творишь? – нарочито вежливо поинтересовался Данте, как если бы был случайным прохожим, заставшим мальчика за разукрашиванием стены гаража.
На звук голоса Неро никак не отреагировал. Он добросовестно завершил надпись и исчез в ослепительно-синей вспышке, пронизанной фиолетовыми всполохами. Данте показалось, где-то он видел подобное смешение цветов, но никак не смог вспомнить, где. К тому же, больше всего его заинтересовала надпись на стене: «Пусть истлеет Удача моя».
Решив, что у юноши пошел конкретный сдвиг по фазе, но посчитав, что ничего серьезного не предвидится, и что Неро не причинит никому вреда, Данте все-таки отправился обратно, на второй этаж, надеясь поспать еще хотя бы с час.

***



Кэт уже минут сорок бегала из «приемной» на кухню и обратно, таская то стаканы с водой, то пустырник в таблетках. На стуле, перед столом Данте, сидела Кирие, надрывно плача, пытаясь что-то сказать сквозь рыдания, но кроме всхлипов и писков медиум и Охотник так ничего и не понимали.
Лицо Кирие было красным, а местами, в частности, на скулах с белыми пятнами. Глаза припухшие, тоже красные от долгого рыдания. Плечи девушки тряслись, а из груди вырывались всхлипы.
- Ф-фортуууна… - взвыла вдруг Кирие, сгибаясь пополам на стуле, обнимая себя за плечи. – Сгорела! Неро сжег Фортуну!
Серые глаза Охотника резко распахнулись. Неро сжег город? Вот это новость. Пацан всегда был таким пацифистом, рьяно рвался защищать праведников, продолжая верить в какие-то высшие силы, связанные со Спардой, тем самым роковым Темным Рыцарем, который подтолкнул к полнейшему безумию Его Святейшество. Неро, тот, который отчаянно боролся за сохранение Фортуны, за независимость людей от демонов. Неро, тот, который… Накануне оставил милое послание на стене в «приемной» Данте. И сейчас суровый взгляд мужчины буравил ту самую стену, на которой змеились трещинами слова: «Пусть истлеет Удача моя».

Фортуна. Удача.
- Кто-нибудь выжил? – тихо спросил Данте, не глядя на обезумевшую от горя девушку, даже не рассчитывая получить ответ. Конечно же, она бы не стала так убиваться. Никто не выжил. Только ее, чудом спасшуюся от пожара в собственном доме, спасла Мэри, заехавшая в Фортуну по делам, заставшая пожар.
Ни Данте, ни Кэт не слышали, как и когда Леди привезла в агентство Кирие, но вряд ли бы охотница просто из привередливости не стала оставаться. Скорее всего, пыталась хоть что-то разузнать о пожаре, случившемся в городе. Она ничего не найдет. Никто не знает человека по имени Неро. Больше никто не знает. И спрашивать практически не у кого. Есть только один очевидец событий – и тот пока что в состоянии аффекта, пытается справиться с постигнувшим его горем и страшной потерей.
- Что же ты натворил, Неро… Что с тобою стало?.. – причитала несчастная девушка, покачиваясь на стуле.
Мысли мелькают в голове Данте слишком быстро, чтобы в обычное время он смог разобрать их, но сейчас он думал и прикидывал, как машина. Накидывал планы, раздумывал о стратегии, о том, чем думал сам Неро, когда творил это. Был ли он в себе, и просто мстил городу за то, что сотворили с ним когда-то, давным-давно? Мстил за отвратительное прошлое, покрытое кровью демонов и бесконечными схватками? Или же Неро был не в себе, действуя, как и тогда, в ванной комнате Данте, не по собственному желанию? Мог ли Неро стать также жертвой, но не горя, а некоего безумия, которое охватило его с головой? Стать жертвой самообмана, разрушающего психику, недостаточно гибкую для того, чтобы правильно воспринимать реальность?
- Кэт, приведи ее в себя, - бросил Данте через плечо, стоя уже у вешалки, надевая неизменно-красный плащ с темным подбоем.
Девушка остановилась рядом, внимательно глядя на Охотника. Тот что-то задумал – это было понятно по его виду, когда тот еще сидел за письменным столом. Но – что? Что он задумал? Был ли у Данте план, четко проработанный до мельчайшей детали? Или мужчина действовал по наитию, импровизировал, как это часто бывало?
- Я постараюсь быть осторожным, - Кэт быстро прильнула к нему и, получив легкий поцелуй в щеку, ответила таким же поцелуем. Данте выпустил девушку из объятий и отсалютовал двумя пальцами от виска, в своей обычной манере. – И ты, как обычно, береги себя.
Выйдя на вечерний воздух, уже не тяжелый после трудового дня, но все еще наполненный многочисленными звуками и шумами, Данте двинулся в только ему известном направлении. По единственному пути, который знали в этом городе только два человека.
Тяжелые ботинки тихо хрустели разбитым стеклом и мелкими камешками. Кобуры с Ivory и Ebony еле слышно терлись о брюки. Меч, невидимый для чужого глаза пока что, приятно отягчал ножны на спине. Верный Мятежник, Rebellion, был готов защищать своего хозяина всегда. Только вот, от какого врага стоило сейчас защищаться? От любой ли напасти может спасти меч, или верные пули, не дающие осечки? О том же, что вообще происходит в этом безумном мире, Данте вообще предпочитал не задумываться.
- Я знал, что найду тебя здесь.
Неро, забравшийся в выбоину, похожую на маленькую пещеру, сидел тихо, как мышка. Только синее свечение Адской Длани выдавало его присутствие. И свечение неимоверно синих, странного, абсолютно ненатурального оттенка глаз. Скулы резко обозначались на осунувшемся лице, губы побледнели. Кожа лица сильно обветрилась, местами шелушилась. Если Неро и действительно поджег Фортуну…

I've come to plant a seed
Of gradual decay
Following your faith entirely
I'm watching as it feeds
On insecurity
Leaving you with nothing.

Deep down inside you
To far for wonder
Let all your competence die
You feel it burning
Twisting and turning
I hope it eats you alive.



Данте присел перед юношей, заглядывая в глаза. Под глазами – тонкие дорожки от слез. Взгляд в никуда, словно он снова и снова прокручивал в голове что-то ужасное. Впрочем, Охотник уже знал, что именно.
-Эй, пацан. Чего разнылся? А ну, вылазь отсюда. – мужчина, обратив свою руку в демоническую, ухватился за Адскую Длань и потянул на себя.
Он ожидал сопротивления, хотя бы вялого, но ничего не последовало. Едва шершавая ладонь старшего полудемона коснулась чужой руки, Длань перестала сиять. Погасли и глаза парня, словно бы вся энергия организма только и уходила, что на поддержание света.
- Данте, - тихо, будто маленький ребенок, который сильно провинился и знает об этом, позвал Неро. Юноша чуть сильнее сжал руку Данте. – Что я здесь делаю?.. Как я здесь оказался? Что со мной происходит? Мне страшно, Данте. Помоги мне. Помоги…
- Тихо-тихо, пацан, все нормально, все под контролем.
Данте честно постарался говорить максимально спокойным, уверенным, даже чуть жизнерадостным тоном. Он честно пытался успокоить юношу, честно старался даже близко не упоминать и не намекать ни на Фортуну, ни на пожар.
Уже позже, когда Данте вывел Неро из заброшенных шахт под Фортуной, когда парень вдруг почувствовал жуткую слабость во всем теле, так, что мужчине пришлось поднять его на руки, Неро тихо проговорил:
- Он сжег ее дотла.
Не говоря ни слова, Данте просто нес парня в агентство. В ближайшие дни он не отойдет от него ни на шаг. Донести юношу оказалось несложно – тот сильно похудел. Складывалось впечатление, будто Неро не ел неделями. Только вот почему?..
- Он сказал, что убьет ее, если я не буду с ним сотрудничать, - выдохнул Неро почти в самое ухо Данте, прежде чем Рыцаря уже несуществующего Ордена поглотило забытье.

VI. Круг Ада


- Данте, ты уверен? – Кэт оглянулась на запертую дверь, почему-то думая, что Леди захочет обязательно заглянуть в спальню и посмотреть, что это медиум и Охотник задумали сотворить во время перерыва.
Мужчина тихо вздохнул, стянув с себя футболку, которая за сутки вынужденного дежурства успела пропахнуть потом и слабым запахом дезодоранта. Неро сидел взаперти в одной из комнат агентства. Заказы на демонов временно не принимались, а если дело имело катастрофическую важность, то заказчиков перенаправляли к Триш. Бывшая напарница Данте, прекрасно понимая, в каком положении оказались ее коллеги, проявила высшую степень щедрости и приносила каждый вечер еду из дешевого ресторана. Готовить было некому.
- Я хочу просто расслабиться, - медленно проговорил Данте, поворачиваясь к Кэт, - Если ты не хочешь, мы можем этого не делать. Я ни к чему не принуждаю, котенок, ты же меня знаешь.
Девушка чуть покраснела, разглядывая чуть влажную от пота кожу мужчины, следя за игрой мышц, тугими узлами перекатывающимися под кожей. Когда они только-только поднимались по лестнице, Данте осторожно намекнул на то, что хотел бы сегодня получить разрядку. И даже намекнул, каким именно образом.
Кэт прильнула к сильному телу, глядя прямо в серые глаза Данте. Да, она хотела его. Но ей казалось кощунственным заниматься этим в такое время: когда Кирие безутешно плачет в отведенной ей комнате, когда Неро испытывает приступы каждый час, сотрясая стены импровизированного бункера. С другой стороны, другого времени у них просто не было. И сейчас важно было сохранить относительное спокойствие и не поддаваться панике. Секс – далеко не лучшее средство успокоения, но когда все настолько плохо, хуже уже быть ничего не могло.
-Я сделаю это, Данте, - прошептала Кэт в обветренные губы, легко целуя их и опускаясь медленно на пол, скользя ладонями по сильному телу, оглаживая мышцы.
Мужчина прикрыл глаза, откинувшись спиной на стену, расслабляясь. Ему вовсе не хотелось пользоваться Кэт, но сейчас для него это был единственный способ хоть на краткий промежуток времени забыть о том, что произошло с Неро. Для него все это было слишком тяжелым грузом. И пусть внешне он никак не выражал этого, как и много другого, собственно говоря, Охотнику едва удавалось справиться со всем.
Кэт легко расстегнула пуговицу и молнию на брюках Данте, спустила их вниз, ниже колен вместе с бельем. Член Данте был уже твердый – кажется, слишком давно у мужчины не было разрядки. Впрочем, когда бы ему удалось это получить…
Видимо, Кэт слишком уж надолго замешкалась, потому что услышала сверху голос Данте, повторивший, что не будет заставлять ее это делать, если она сама этого не хочет. Но она действительно хотела, и потому не желала, чтобы Охотник думал, что заставил ее. Облизнув губы, Кэт коснулась ими головки, двинулась по стволу ниже, почти до самого лобка. В волосы на затылке вплелись жесткие пальцы, направляя движения рта.
- Спасибо, малышка…


***



Неро сильно изменился за прошедшее время. Если Данте подумал, что в доме, в спокойствии, при постоянном кормлении юноша хоть немного поправиться, то он сильно ошибался. Да, бравый Рыцарь ел тогда, когда ему приносили и именно столько, сколько готовили на него, но его физическое состояние оставляло желать лучшего. В периоды, пока безумие его не охватывало вновь, пока глаза и Адская Длань не начинали светиться синим, юноша тренировался. Делал упор лежа, верхний и нижний пресс, приседания. Пытался как-то отвлечься от осознания того, что его телом в любую секунду может овладеть демон. Иногда это даже срабатывало.
- Дай руку, пацан, - попросил как-то Данте, когда пришел к нему в очередной раз. Когда была его смена – Неро знал о пересменах, и злился на это, хоть и понимал, что не имеет права осуждать людей, которые пытались его спасти.
Тогда Неро протянул Данте левую, человеческую руку, но Охотник указал на Длань, которая слабо пульсировала голубоватым светом, реагируя на сына Спарды. Юноша удивился, но перечить Охотнику не стал, протянул ему демоническую руку.
Данте, как и в тот момент, когда нашел Неро, преобразил свою руку в демоническую. Тускло блеснула грубая зеленая кожа. Едва Данте коснулся своей ладонью чужой, легко сжал ее, голубоватое сияние заметно уменьшилось.
- Видишь, пацан. Семья. Даже эта штука понимает, - произнес мужчина, задумчиво глядя на затянувшееся рукопожатие. – И пусть ты еще этого не понял – ты не пленник. Я тебя им не считаю, а это мой дом. Ты в моем доме. Надеюсь, ты услышишь меня.
И Неро услышал его. И с тех пор вопросов в его светловолосой голове поубавилось, как и проклятий, сыплющихся ежедневно на всех обитателей «дома» Данте. Почему-то после странной беседы с Охотником парень стал сильно раздражаться, когда слышал чужие голоса, кроме Данте. Его раздражала Кирие, та, которую он клялся всегда любить и защищать. Ему уже стало противно постоянно слышать одно и то же от Кэт – о том, что Данте всем поможет, Данте всех спасет. Он никого не спасет, ему это не нужно, и он не вытянет всех. Ему бы самому справиться со всем тем дерьмом, которое вдруг произошло именно с ним, именно в его жизни и именно в его окружении.
- Спасибо, Данте.
За пределами камеры Данте не слышит его, как и не слышит ничего, кроме своих мыслей. Они шумным потоком проносятся в его голове, отвлекая от происходящего в реальности, не давая отвлечься даже на Кэт, которая была где-то в поле его зрения.
Что будет дальше с Неро? Что ему делать, чтобы предотвратить страшные последствия этого странного безумия? И почему он чувствует странную связь с пацаном? Все это требовало ответов, но где их искать – Охотник не знал.
Позже, когда Данте сидел на кухне и потягивал пиво, какие-то догадки заставили его нахмуриться. Что-то было похоже на правду, что-то накладывалось трафаретом на действительность. А когда Кэт сказала, что засекла активность демонов, Охотник ринулся на восток от города, не раздумывая, коротко приказав Кэт не сводить с Неро глаз.
Демоны в этот раз попались не мелкие сошки, а в последнее время Данте везло только на них. Мятежник пел, звенел каленой сталью в воздухе, упиваясь кровью. Ivory и Ebony играли свой туш, изничтожая врагов своего хозяина. И сам Данте выглядел в глазах адского отродья настоящим ангелом смерти, быстрым, неуловимым. Охотник был предельно сосредоточен, идя к цели, которую видел во время боя. На развалинах какого-то неудавшегося гаража стояла фигура в синем плаще, с белесыми волосами и катаной в руках.
- Вергилий!

***



- Он исчез, - хмуро сообщил Данте. – Я бежал за ним километров десять, но он просто исчез. Сдается мне, скоро мы свидимся с моим братом. Будьте готовы, Кэт, Мэри, Триш. Вергилий…
- Я прекрасно помню его, - отозвалась Леди, поправляя темные очки на переносице. – Тот еще засранец. Как ты, только пиццу не жрет круглосуточно.
- Вот уж спасибо, - улыбнулся Данте, но улыбка вышла натянутая, неуверенная, слабая. Это заметили все, и потому поскорее попытались разойтись по своим делам. В частности, у всех было одно дело – готовиться к новой вылазке-охоте на демонов.
Когда Триш и Леди умчались на красном мотоцикле, Кэт осторожно подошла к Данте и взяла его за руку, позвала тихим, испуганным голосом. Когда Охотник спросил, в чем дело, девушка замялась, не решаясь в чем-то признаться. Данте чувствовал страх, почти суеверный страх и ужас, который испытывала Кэт. Что же такого могло произойти, пока его не было? Прошло не так уж и много времени.
- Данте, я… У меня не получилось, прости меня. Он сказал, что ему душно, и я… Он так кричал, он просил помочь! Он говорил, что задыхается, ему нужен был воздух!..
Охотник медленно вдохнул и закрыл глаза. Наивная девочка, что тут сказать. Из нее первоклассный медиум, идеальная девушка в плане отношений, такой искренний и хороший человек… И абсолютно не разбирается во лжи. Сейчас главное – не сорваться на нее, не показывать ей, как ему сложно выносить все это. Она ни в чем не виновата, она даже не была косвенной причиной всех проблем Данте. Так почему хотелось именно на Кэт сейчас накричать, оттолкнуть, выразить все свои негативные эмоции? Потому, что она, как никто другой, понимала его, и могла бы простить?
- Не молчи. Накричи на меня, скажи, что не хочешь быть со мной больше, только не молчи, Данте, - тихо попросила Кэт, сжимая его ладонь, которая была такой большой, в сравнении с ее ладонью.
Как же ему хотелось, как же ему этого хотелось! Но он не мог себе этого позволить. Не мог опуститься до того уровня, который всю свою сознательную жизнь презирал. Мужчина повернулся к ней, горой нависая, и крепко обнял, прижимая к себе, борясь с внутренними порывами показать эмоции. Он не должен, ему нельзя. Ведь он – самый сильный, он должен показать, что справится со всем.
- Все нормально, Кэт. Все хорошо. Иди наверх и готовься, скорее всего, нам понадобится помощь медиума.
Только когда девушка быстро поднялась по ступенькам и скрылась за дверью, Данте позволил себе ударить кулаком в стену. Стена вздрогнула, но удар выдержала, а на костяшках остались красные пятна, которые вскоре прошли. Серые глаза мужчины чуть прищурились, глядя на улицу, через окно. По тротуару шли люди: кто-то вел чадо за руку, кто-то шел один, или же со своей «второй половинкой».
И никто из них не догадывался о том, какая опасность ожидает человеческий мир, о том, что простой с виду мужик, который в жизни ценит только выпивку, пиццу и девушек, будет спасать этот самый мир от ужасов войны. Выигрывая схватку за схваткой, Данте спасал будущее многих и многих жителей этого городка. Кроме него, разумеется, еще много Охотников, возможно, тоже полудемонов. Но выиграют ли они войну, что идет тысячелетиями? Смогут ли они, полудемоны, наполовину смертные, одержать верх над теми, кто древнее их, пусть и не всегда поворотливые?
Губы Данте чуть приоткрылись, послышались тихие слова, произнесенные с великой горечью и пустым, померкшим взглядом обычно веселых, задорных глаз.

-«The place was rotten with dead; green clumsy legs
High-booted, sprawled and grovelled along the saps
And trunks face downward in the sucking mud,
Wallowed like trodden sand-bags loosely filled;
And naked sodden buttocks, mats of hair,
Bulged, clotted heads slept in the plastering slime»


До самого вечера Данте был один внизу, разговаривая сам с собой, рассуждая о проблемах войны, о правильной тактике ведения боя один на один, армий против армий, убийств исподтишка и так далее. Когда Кэт спустилась, то застала Охотника пусть и не в самом, как ей показалось, адекватном состоянии, но зато уже в собранном. Над ухом – крестовина Мятежника, в набедренных кобурах сияют отполированной поверхностью Ivory и Ebony.
- Я готова.
Кэт сейчас была одета несколько непривычно, но, по крайней мере, подобающе: вместо джинсовых шорт брюки цвета хаки – своеобразный подарок от Триш, заправленные в голенища ботинок; вместо привычной толстовки на девушке была кожаная куртка – Данте знал, что этот материал был устойчив к кислоте и огню. Волосы же медиума были зачесаны в высокий хвост, чтобы не мешать во время каких-либо действий.
- Выдвигаемся. Триш и Леди будут ждать нас на месте, - Данте кивнул и первым вышел из здания агентства, задев мечом дверной косяк.
Кэт с минуту еще смотрела в спину Охотнику, который отправился заводить свой мотоцикл. Сегодня Данте совсем другой – она это чувствовала, но что именно в нем изменилось – этого девушка уловить не могла, хоть и считала, что уже достаточно хорошо знает его. Видимо, недостаточно.
- Садись уже, Китти, - глухо прозвучал голос мужчины. Спохватившись, что слишком уж глубоко погрузилась в свои мысли, Кэт поспешно извинилась и села позади Данте, обхватив его за пояс руками.
Грубая ткань плаща развевалась от встречного ветра, приятно натирая незащищенные пока что перчатками ладони девушки. От мужчины исходил слабый аромат одеколона – видимо, по привычке побрызгался. Или же вчерашний до сих пор держится, что тоже было вполне вероятно.
К нужному месту они приехали спустя примерно минут сорок-сорок пять. За это время они успели объехать восточное побережье, от которого как раз-таки в их сторону дул ветер, принося с собой запах тины и застоявшейся воды. Кажется, бывший городской пляж давно заброшен. Или же был превращен в свалку, что, впрочем, не мешало ему быть заброшенным для целей купания.
Там, где Данте и Кэт оказались, был голый пустырь, «сплошное ничто, беспредел…». Редкая поросль, пожухлая трава, сухая, солончаковая земля. Если не оглядываться назад, на огни города, можно было бы сказать что Охотники (а Мэри и Триш были уже на месте к моменту появления медиума и сына Спарды) оказались довольно-таки далеко от всякого намека на цивилизацию.
- Приступим? – тихо вопросила Кэт, чувствуя себя неловко в затянувшейся молчаливой паузе. И, когда она получила сухой кивок со стороны Триш, немного приободрилась – ей не придется стоять и смотреть, она будет участвовать в сражении! Наконец-то!
Чтобы обезопасить город, хоть немного повысить шансы на то, чтобы сохранить хотя бы К. нетронутым, Кэт очертила на земле окружность с довольно-таки большим радиусом какой-то светящейся в темноте синей краской. Едва линия замкнулась, Данте и девушки почувствовали вокруг себя упругую силу защитного поля. Недурно. Никто не пострадает извне, но и никто не сможет ни войти, ни выйти. Затем Кэт нанесла малиновой и красной красками длинную вязь символов, похожу на сложную алхимическую формулу.
-Приготовьтесь, - предупредила она, отходя к Данте и Триш, - Они сейчас будут здесь.

Do you remember standing on a broken field
White crippled wings beating the sky
The harbingers of war with their nature revealed
And our chances flowing by.



Первые появившиеся демоны сразу дали понять, что Охотники связались не с обычной шайкой адской мелочи, а с более крупными, более могущественными и более разумными обитателями Нижнего Мира. Уже на пятом поверженном враге Данте почувствовал, что скоро начнет задыхаться, медлить и тормозить с уклонением от атак. Плохо, раньше такого никогда не было.
- Они пытаются затянуть нас в Лимбо! – крикнула откуда-то сверху Триш, ее словам тут же вторила вспышка молнии и звук разряда.
- Кэт, не дай им нас затащить! – гаркнул Данте во всю мощь легких. У него не было возможности вертеться и искать глазами медиума, но она должна была услышать его слова.
И, кажется, услышала. Давление, которое ощущала Триш, спало. Демон услышала тихий шепот девчонки. Мантру, что ли, читает? На алых губах белокурой появилась улыбка. Ну, пусть читает, хоть это и выглядело несколько нелепо с ее стороны, все же, Кэт оказывала неоценимую помощь. Триш умело орудовала молниями, ее вспышки пронзали и поджаривали тела адских тварей то здесь, то там, по всему периметру синего круга. Пару раз взгляд демона натыкался на скопление синего тумана, но Триш решила, что это всего лишь навсего побочный эффект «магии» медиума.
У Леди уже давно был выработан план по тому, как она будет выбивать из Данте всю причитавшуюся ей премию за очередную миссию, которая заставила ее, Мэри, изрядно попотеть. Мокрая челка то и дело легла в глаза. Леди едва успевала откидывать волосы движением головы, когда ей приходилось отбиваться от твари, чем-то похожей на смесь Ехидны и Медузы Горгоны из греческих мифов: у отродья было огромное змеиное тело с намеком на женский бюст, более-менее человеческие очертания лица и шипящие змеи-волосы на голове. И только поразив чудовище штыком-лезвием на базуке, Мэри позволила себе оглядеться, и обмерла на месте. Прямо перед ней, в голубоватом свечении, стоял Он и смотрел в ее глаза.
- Быть этого не может… Отец?
- Мэри, нет! – очередной раскатистый звук грома – и фигуру Аркама поражает разряд молнии. На мгновение во вспышке Леди и Триш показалось, что они разглядели шутовской костюм, но мгновение прошло – и тело отца Мэри исчезло.
У Данте же дела обстояли уже гораздо лучше, пока он не почувствовал знакомое давление. Демонов вокруг становилось все меньше, все больше секунд он мог позволить себе вдохнуть спокойно лишнюю порцию кислорода.
- Кэт, держи нас, - хрипло выдохнул мужчина, уже ожидая, как давление мира Лимбо спадет с него, но этого почему-то происходило. – Кэт, в чем дело?
Но ответил ему не женский голос.
- Данте?
Глаза Охотника расширились, как если бы он увидел сейчас перед собой самого настоящего призрака, фантома. Мир словно замер вокруг него, не его битва сейчас происходила, не его меч поразил уже множество врагов, и не его голосовые связки болели от постоянных приказов, которые он бросал Кэт. Вся Вселенная сузилась сейчас до двух стоящих друг напротив друга сущностей – его, Данте, и Неро. Мальчишка выглядел чуть лучше, но его серо-голубые глаза испуганно метались по лицу Данте, по крови на его одежде, по страшному оскалу.
- Что происходит? Где я, Данте? – испуганный голос мальчика, который просто потерялся один в большом городе. Мальчика, который всего лишь по рассеянности выпустил руку своего отца и сейчас стоял либо перед найденным родителем, либо перед очень похожим на отца лицом.
- Данте, - сзади зашептала Кэт,- Это не демоны втягивают нас в Лимбо. Это Неро… взгляни на его руку! Взгляни на одежду…
Правой, демонической рукой Неро сжимал рукоять светящейся катаны. Полы голубого плаща развевались от неощущаемого ветра, к голенищам высоких, под колено, сапог прикреплено по кинжалу.
- Помоги мне, Данте, - молящий голос заставляет сердце Охотника сжаться.

Tensions are boiling
To the point of overflowing
The stage is set
Curtains drenched in red
We sent off our only sons
We're killing them one by one

Best friends and lovers
Turned against one another
Their faces change
Only shame remains
Out here we stand alone
Operation "Come Back Home"



- Закрой глаза, пацан, - тихо попросил Данте. – Я помогу тебе. Все…все будет хорошо. Все хорошо, Неро. Закрой глаза.
Неро послушался. Он доверял Данте, а потому он даже не обратил внимания на странные шуршащие звуки одежды, на звук щелчка затвора. И только когда прогремел выстрел Ivory, Неро успел распахнуть глаза, полные слез, а в следующий миг он уже упал на землю, оросив ее кровью, брызнувшей во все стороны.
Триш, Данте, Кэт и Мэри почувствовали, как давление Лимбо спало. Портал с демонами закрылся, а их тела исчезли. Угроза устранена. Миссия выполнена.

@темы: оригинальная Devil May Cry, миди, гет, Триш|Глория, Неро, Леди|Мери, Кэт, Данте 4, R, Levi the Infernal, DmC Devil May Cry, "Throat Full of Glass"

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Архив DMC-фанфикшена

главная